Ключарев Григорий Артурович

ключаревДоктор философских наук, профессор

Член Правления Российской общественной организации «Общество Знание России»

Эксперт «European Journal of Education»

Руководитель Центра социологии образования, науки и культуры

Подробнее о Ключареве Г.А. см. на официальном сайте ИС РАН

Мой путь в социологию

Мой путь в социологию оказался долог и тернист: я пытаюсь понять, как имея философскую степень, оказался в социологии. По основному профессиональному образованию я учитель физики на английском языке. Нас готовили в МГПИ им.Ленина для работы в африканских странах, к которым в СССР был интерес. Но к моменту окончания вуза интерес к этим странам исчез и мы были предоставлены сами себе.

Тогда, мне удалось поступить в философскую аспирантуру по специализации “Философские вопросы физики” исключительно благодаря В.С.Готту, 100летие которого мы недавно отметили. Это был очень мудрый и доброжелательный человек. Он сумел сделать так, чтобы меня без философского образования взяли в философскую аспирантуру. Правда, я самостоятельно читал многих философов, чтобы восполнить пробелы в своих знаниях. После защиты диссертации “Методологическая роль симметрии и асимметрии в построении научных теорий” несколько лет работал в Правлении Всесоюзного общества “Знание”. За эти годы удалось лично познакомиться с такими блестящими учеными как А.А.Гусейнов, , Р.Г.Абдулатипов, В.Н.Шевченко, В.И.Жог, К.Х.Делокаров, Р.Г.Яновский, А.Н.Чумаков, Р.Г.Косолапов, С.С.Саидкасимов и многимимногими другими. Думаю, именно общение с ними позволило мне приблизиться к профессиональной научной деятельности, к пониманию того, что может наука в современной жизни.

А дальше все было просто. С распадом страны всесоюзные организации распускались и проблему моего трудоустройства решили А.Л.Андреев и М.К.Горшков. Сначала я работал в Российском независимом институте социальных и национальных проблем (об этом негосударственном НИИ стоит както рассказать особо), где я опятьтаки, неформально, на рабочем месте постигал азы социологии у таких мэтров как М.П.Мчедлов, А.Г.Здравомыслов, Н.Е.Тихонова, В.В.Петухов, Ф.Э.Шереги. А затем мы все вместе, были приняты в реорганизованный Институт социологии РАН. Ну а здесь, круг общения расширился настолько, что перечисление одних только имен ведущих российских ученых заняло бы слишком много места. Поэтому хотел бы еще раз отметить, что возможность общения с элитой российской и советской социологической и философской науки очень крупная удача в моей жизни.

И сейчас, когда прошло уже некоторое достаточно продолжительное время моей деятельности на социологическом поле, можно искать ответ на вопрос «как я здесь оказался». Думаю, что “виновата” в этом философия. Она учит очень нужным и востребованным вещам — смыслу жизни, природе добра, красоте спекулятивных построений “чистого разума”. Наконец, она действительно помогает понимать “звездное небо над головой” (по Иммануилу Канту) и самого себя. Именно понимать, в продолжающемся времени, поскольку окончательного ответа не существует. А социологический подход открывает мир с совершенной иной стороны — со стороны реальной жизни во всех ее проявлениях. Это эмпирика, это анализ эмпирики, поиск закономерностей, их интерпретация. Вот, например, встречный вопрос — был ли А.Л.Чижевский, ученый_астрофизик социологом? Он, как известно, эмпирически обнаружил устойчивую корреляцию вспышек на Солнце и различных катаклизмов на Земле, в том числе биологических и социальных. На мой взгляд, это важный социологический результат.

Итак, возвращаясь к почти безграничным возможностям социологического анализа, я стал его активным сторонником. Посмотрите, где работают социологи — в любой сфере жизни: это политические технологии, маркетинг, различные мониторинги. Последние годы, в значительной степени благодаря работам М.К.Горшкова и Ф.Э.Шереги, развивается прикладная социология. А с ее инструментами можно отправляться на изучение практически любого феномена нашей жизни. Одно из таких прикладных исследований в очень необычной социальной среде у меня связано с молодежью группы риска и “трудными подростками”. Это исследование мы проводили в 2006 году с И.Н.Трофимовой. Нас интересовало, как у этой категории детей и молодёжи происходит столкновение с законом, как они реагируют на временную изоляцию от общества и почему эта изоляция, фактически сохраняется после их выхода на свободу. Как при этом трансформируются их ценности — отношение к семье, друзьям, образу жизни. В рамках данного исследования мы применили необычную практику организации и проведения экспертного опроса, в результате чего интервьюерам удалось побывать в подростковых колониях, а еще опросить почти всех начальников детских и подростковых пенитенциарных заведений. Можете представить, насколько труднодоступны для социологов эти группы респондентов. https://www.sravni.ru/karty/dlja-snjatija-nalichnykh/moskva/

И еще скажу, что мне особенно нравится метод кейсов. Берешь какую-то интересную проблему, явление и начинаешь ее анализировать со всех сторон, в самых разных измерениях. Можно вписывать в контекст, а можно рассматривать, просто, саму по себе. На моих глазах в середине 2000-х защищалась выпускная магистерская работа по социологии в Ноттингемском университете — “Байкало-амурская магистраль в социологическом измерении”. Девочка-магистр была из Сибири и знала, о чем говорила — о расстояниях, о морозах, об отношении людей к центру. Первую главу диссертации она посвятила истории создания магистрали, так сказать, объективным данным. Во второй — несколько десятков интервью с бамовскими железнодорожниками, строителями, комсомольцами 70-х, которые работали на строительстве и их детьми (прошло-то уже около 30 лет). И получился блестящий кейс — там не было Л.И.Брежнева, КПСС, не было никакой идеологии. Там был просто социологический анализ масштабного явления в истории нашей страны и связанных с ним людских судеб. Вот за такие вещи я и полюбил социологию…